Можно ли без матки родить: Матка мертвого донора позволила родить живого ребенка — Наука

Содержание

Матка мертвого донора позволила родить живого ребенка — Наука

В Бразилии впервые родила женщина с маткой, пересаженной от умершего донора. Беременность и роды прошли успешно — на момент написания научной статьи ребенку было уже 7 месяцев и 20 дней. Прежде ученым не удавалось добиться родов после пересадки матки от мертвого донора.

Роды с пересаженной маткой были и раньше — девять случаев в Швеции и один в США, но каждый раз матка была пересажена от живого донора. В 2011 году турецкие врачи сделали единственную попытку использовать для пересадки матку уже мертвой женщины, но тогда беременность закончилась выкидышем.

Ученые из Университета Сан-Пауло описали свой успех в журнале Lancet. Они использовали матку трижды рожавшей 45-летней женщины, умершей от субарахноидального кровоизлияния (кровоизлияние в полость между мозговыми оболочками). Врачи удалили матку, а через восемь часов начали операцию по ее пересадке реципиенту — женщине без матки в возрасте 32 лет.

Она страдала синдромом Майера — Рокитанского — Кустера — Хаузера. Это врожденный порок, при котором матка не развивается, но яичники в нормальном состоянии, что позволяет получить яйцеклетки для искусственного оплодотворения.

Через 37 дней после пересадки у женщины начались менструации. После пересадки женщина принимала препараты-иммунодепрессанты для того, чтобы ее организм не отторгал чужую матку. После семи месяцев курса лекарств врачи провели ЭКО, пересадив будущей матери эмбирон, полученный из ее оплодотворенной яйцеклетки.

Через 35 недель и 3 дня беременности врачи провели кесарево сечение, и на свет появилась девочка весом 2,5 килограмма и ростом 45 сантиметров. После родов ребенок остался с матерью, а через три дня обоих выписали. Матку удалили во время родов, чтобы роженице не приходилось и дальше принимать препараты, подавляющие иммунитет.

По словам ученых, их успех показывает, что теперь даже женщины без матки могут выносить и родить ребенка, что позволит обойти проблему поиска суррогатной матери в тех странах, где такое материнство разрешено (а разрешено не везде).

Как родить, не имея матки: ученые решились на смелый эксперимент

Женщина перенесла операцию по трансплантации матки, после которой ей удалось забеременеть и выносить ребенка.

Команда Гетеборгского университета решила провести смелый эксперимент. Ученые отобрали девять женщин, у которых отсутсутствовала матка – части женщин удалили ее из-за рака, а некоторые из участниц эксперимента родились с синдромом Рокитанского-Кюстнера (врожденная аномалия, в результате которой девочка рождается без матки).

Читай также: Оргазм во время родов: миф или реальность

Им всем были трансплантированы матки их родственниц, которые согласились стать донорами.

В числе участниц эксперимента была и Малин Стенберг, которая родилась без матки. Ранее считалось, что женщины с таким диагнозом не могут родить естественным путем, и Стенберг смирилась с тем, что единственный шанс для нее стать матерью – суррогатное материнство.

Они с супругом уже готовы были на это пойти, однако медики подарили им шанс стать родителями естественным путем.

Читай также: Фото родов: определены победители по итогам ушедшего года

“Это совершенно новый вид хирургии. Учебников по правильному проведению этой операции просто не существует. Ведь матка имеет очень сложное кровоснабжение, поэтому при трансплантации чрезвычайно сложно сохранить ее работоспособность. Мы открываем новую страницу в медицине“, – говорит профессор Бреннстрем, возглавивший эксперимент.

Малин пересадили матку ее 60-летней родственницы, которая была матерью двоих детей и уже нянчила четверых внуков. 

Читай также: Фотопроект: что берут с собой в роддом женщины из разных стран

Все девять операций прошли успешно, однако забеременеть удалось только Малин – это случилось спустя год после операции. Для того чтобы обезопасить пациентку, врачи решили сделать кесарево сечение, в результате которого на свет появился долгожданный ребенок.

Новорожденный получил имя Винсент и, по заверениям врачей, мама и малыш чувствуют себя хорошо.

Читайте Ivona.ua в Google News

В Воронежской области женщина родила ребенка, который развивался не в матке

Маленькая Настя родилась в крещенский Сочельник. Пока малышка спит, мама Евгения рассказывает, каким чудом стало для нее рождение третьего ребенка.

«Тяжело было, тяжело и страшно. В голове прокручиваешь, что случай действительно уникальный, еле в живых остались», — рассказывает Евгения Батурина.

Евгения не знала о том, что беременна. Когда почувствовала сильную боль в животе, обратилась в женскую консультацию по месту жительства, в Богучаре. Врач диагностировал беременность, да еще и, к удивлению будущей матери, 34-ю неделю. Женщину положили в больницу, но боли стали усиливаться. Врачи также не могли определить положение плода. И решили срочно госпитализировать беременную в перинатальный центр в Воронеже.

«Она к нам переводилась с другим диагнозом и нарушением кровотока у плода. Мы никак не готовились. О том, что у нее такая беременность, мы узнали во время чревоиссечения», — рассказала заведующая акушерским дистанционным центром Воронежской областной больницы Галина Никонова.

То, что врачи увидели в ходе операции, шокировало. Почти полностью сформированный плод находился не внутри матки, а снаружи. Плацента прикрепилась к придаткам, не повредив жизненно важные органы. Все это время ребенок развивался нормально. Экстренная операция длилась полтора часа — не так много для такого сложного случая, и врачи провели ее безупречно.

Малышка еще не знает, насколько она уникальный ребенок. Но сейчас за ней уже осуществляется самый обычный уход, как за всеми остальными малышами в перинатальном центре.

Два килограмма сто граммов — малышка родилась на 38-й неделе беременности. Пять дней реанимационного мониторинга с легкой респираторной поддержкой, потом еще неделя в отделении терапии, и врачам стало понятно: ребенка можно переводить в палату совместного пребывания с матерью. Сегодня их здоровье у врачей опасений уже не вызывает.

«По статистике, 50% таких детей однозначно рождаются с какими-то аномалиями. То, что здесь родился практически доношенный ребенок, без каких-либо нарушений, это будет, наверное, единичный случай в мировой практике», — сказала заведующая акушерским отделением перинатального центра города Воронежа Татьяна Гущина.

В мире описано всего 17 подобных случаев, когда на свет появились здоровые малыши. Ведь внематочная беременность опасна как для матери, так и для ребенка.

«Оплодотворение происходит не в матке. Оно происходит в маточной трубе. По каким-то причинам оплодотворенная яйцеклетка выпала из трубы и осталась жить там, где ей не положено», — говорит заведующая акушерским дистанционным центром Воронежской областной больницы Галина Никонова.

«Уникальный редкий случай. Плодное яйцо может прикрепиться к печени, селезенке, яичникам, кишечнику, брюшине. И, конечно, родоразрешение очень опасно, поскольку грозит большой кровопотерей», — рассказывает руководитель института акушерства им. Кулакова Роман Шмаков.

В результате операции врачи смогли сохранить не только жизнь и здоровье ребенка, но и репродуктивные функции матери. Сейчас их готовят к выписке. Дома в Богучаре малышку Настеньку ждет большая семья: у Евгении есть сын, взрослая дочь и уже даже появился внук.

Биомешок или искусственная матка: заменят ли технологии женское тело

Будут ли искусственно выращивать детей вне тела женщины? Как далеко ушли репродуктивные технологии? Заменят ли секс-роботы нам партнеров? Смогут ли инновации изменить нашу жизнь, перевернув традиционный уклад? На эти и другие вопросы Дженни Климан ищет ответы в своей книге «Секс без людей, мясо без животных. Кто проектирует мир будущего». Журналистка провела десятки интервью с учеными, программистами, врачами и другими экспертами, чтобы понять, какое будущее ждет нас уже завтра. Перевод книги выходит в издательстве «Индивидуум» и поступит в продажу уже на этой неделе. Forbes Woman публикует отрывок об этических границах эктогенеза.

Печально известен случай 2012 года, когда беременная итальянка прилетела в Англию на двухнедельные курсы авиакомпании Ryanair в Станстеде. В отеле у нее началась паническая атака, она позвонила в полицию, там связались по телефону с ее матерью. Она объяснила, что ее дочь, скорее всего, не приняла лекарство от биполярного расстройства. Полиция поместила девушку в психиатрическую больницу по закону о психическом здоровье. Через пять недель по приказу опекунского суда, полученному филиалом Национальной службы здравоохранения в Мид-Эссексе, женщине насильно дали успокоительное, после чего без разрешения провели роды с кесаревым сечением. Соцслужба Эссекса немедленно забрала дочь, а мать отправили обратно в Италию без ребенка.

Когда год спустя публике стали известны подробности, которые можно обнародовать по закону, соцслужба Эссекса оправдывалась тем, что действовала во благо ребенка. Даже в якобы либеральной и просвещенной Норвегии желание государства защитить младенцев может перевесить значение заботы о тех, кто их вынашивает. Между 2008 и 2014 годами число новорожденных, которых сразу после родов забирала у матерей норвежская служба защиты детей, утроилось. Самая распространенная причина для «приказов о неотложном попечении» — с большим отрывом — не злоупотребление наркотиками или алкоголем, а «отсутствие родительских навыков»: неопределенный термин, включающий в себя матерей из стран, где приемлемо физическое наказание детей, матерей с психическими заболеваниями и матерей с эпизодами беспорядочного образа жизни в прошлом.

Реклама на Forbes

Если некоторым матерям нельзя доверять новорожденного, будут ли им доверять беременность, когда появится альтернативный метод гестации? Может ли мать, непригодная для воспитания собственного ребенка, считаться ответственным инкубатором? Если будущее деторождения означает выбор между эктогенезом и естественной беременностью, наше отношение к тому, что «естественно», изменится навсегда. Легко представить будущее, где в «помощь», которую уже сейчас предлагают работодатели в Кремниевой долине и за ее пределами, когда персонал может заморозить свои яйцеклетки и сосредоточиться на работе в самые продуктивные годы карьеры, войдет пункт по выращиванию младенца в искусственной матке, чтобы не прерываться на время беременности и родов. Использование настоящей матки в человеческом теле в итоге может стать признаком низкого статуса, бедности, неблагополучной жизни, незапланированной беременности или клеймом потенциально опасной сторонницы естественных родов — точно так же, как сегодня мы относимся к приверженкам «свободных родов», которые решают производить ребенка на свет без всякого медицинского участия во время или после беременности.

«Естественные» роды сами по себе могут стать безответственным и легкомысленным выбором. Сегодня самая главная экзистенциальная угроза для нерожденных младенцев исходит не от наркотиков, алкоголя или женщин, «непригодных» для беременности, а от матерей, не желающих детей. Эктогенез сможет «спасти» абортированный плод: его можно пересадить в искусственную матку и передать желающим родителям.

В Великобритании границы аборта привязаны к жизнеспособности вне утробы — вот почему в 1990 году они снизились с 28 до 24 недель. Полный эктогенез значит, что жизнеспособным будет любой плод, даже эмбрионы, и у любого неродившегося ребенка может появиться право на жизнь.

Даже частичный эктогенез перевернет дебаты об аборте с ног на голову. Мы считаем аборт одним выбором — решением избавиться от плода, но на самом деле их два: решение не вынашивать младенца и решение прервать его жизнь. Эктогенез впервые разведет и подчеркнет их. Если тело женщины перестанет быть инкубатором, аборт будет отвечать требованиям как защиты свободы, так и защиты жизни. Государства позволят женщинам выбирать, что будет с их телами, в то же время запрещая прерывать жизнь плода.

С чего мать должна в одиночку решать, умереть ли ребенку, если его могут спасти технологии? Феминистка-активистка и писательница Сорайя Чемали задумалась об этом за пять лет до того, как на мировую сцену вышли живыми и невредимыми ягнята из мешков. В эссе 2012 года для Rewire.News она писала, что «…неотъемлемое от текущих дебатов противоречие — между правами женщины и государственным интересом к плоду — исчезнет, как только женщина и плод смогут стать независимыми друг от друга моментально и безопасно.

Мужчины и женщины станут равны в репродуктивном выборе, и женщины потеряют примат, каким сейчас наделены благодаря беременности».

Ее текст кончается мрачным ударом по этому праву на выбор: «Настоящее антиутопическое будущее наступит, когда мы с ностальгией оглянемся на короткий период, в который дело Роу против Уэйда (историческое решение Верховного суда США 1973 года о законности абортов до 28-й недели беременности) было релевантно и являлось пиком репродуктивной свободы для женщин».

Сорайя сейчас в Вашингтоне, и мы созваниваемся по телефону. Я начинаю с вопроса о том, что она подумала, когда впервые услышала о биомешке, но в ответ слышу долгий и мрачный смех. «Я довольно цинично и откровенно пессимистично отношусь к любой технологии, обещающей стать поистине подрывной или революционной. Всегда смеюсь, когда футуристы-технологи — до сих пор по большей части мужчины, по большей части белые, по большей части из элиты — объявляют, будто их идея прогрессивная и подрывная, ведь это они так активно поддерживают патриархат.

Это они порождают столько подспудных неравенств в обществе. Это как объяснять рыбе, что такое вода».

Даже несмотря на успехи Мэтта Кемпа в WIRF и команды изобретателей биомешка, Сорайя с осторожностью говорит, что, по ее мнению, полный эктогенез станет жизнеспособной и распространенной технологией репродукции только через несколько поколений.

«Это невероятно сложно, и я все еще думаю, что эктогенез займет больше времени, чем некоторые думают, — говорит она. — Но я согласна с тем, что это неизбежно». Это просто очередной шаг в фрагментации материнства. Технология искусственной матки — разработанная по большей части мужчинами — позволит женщинам стать не более чем поставщицами половых клеток, такими же отстраненными от своих созревающих младенцев, как и мужчины. Сорайя говорит, что ультразвук показывает, насколько уже сейчас женские тела считаются побочными в репродуктивной медицине.

«Я много лет говорю: не показывайте фотографии гребаных развивающихся плодов, если не показываете все тело женщины. Я понимаю, при беременности теряешь голову, но такая вот я ужасная феминистка-кайфоломка. Я говорю: «О, как мило, а почему бы не сделать снимок побольше». Ультразвук совершенно осознанно разработали так, чтобы показывать плод в виде планеты в бездне, в вакууме, в контейнере, в банке. На фоне черных обоев. Полностью стирая женщину, чье тело дает жизнь».

Мне сложно представить, чтобы у нас прижился ультразвук в полный рост, но я понимаю, к чему ведет Сорайя. Флейк говорил, что один из главных продающих моментов биомешка в том, что он позволит обоим родителям видеть своего ребенка в реальном времени, раз он находится вне тела матери. А как только матери и отцы станут равно удалены от младенцев, они получат на них равные права — и это равенство будет основано на том, что женщины лишатся своей детородной силы. Сорайя согласна, что у эктогенеза есть потенциал освободить женщин от бремени, ныне сопровождающего материнство. «Меня разрывает эта дилемма, — говорит она. — Думаю: «Ну наконец-то, можно уже покончить с культурным гнетом мышления, будто это неотъемлемо от нашей природы, будто это неизбежная первичная роль для всех женщин?» И эта мысль освобождает». Но при этом Сорайя — «преданный фанат литературных антиутопий, особенно феминистских», так что видит у этой технологии мрачный потенциал лишить женщин прав. Даже в самых мизогинических обществах, говорит она, женщин ценят за способность вынашивать детей, «по крайней мере, пока есть шанс, что родится сын». Сделав воспроизводство равным, эктогенез отнимет универсальную силу, что бесспорно есть у всех женщин и нет ни у одного мужчины.

возможна ли в природе мужская беременность? — T&P

Самым известным примером «мужской беременности» до сих пор остается история Томаса Бити — трансгендера, который сохранил матку и родил троих детей. Уже несколько десятилетий биомедики ищут способы, которые позволят мужчине выносить и родить ребенка без смены пола. Это могло бы стать новым решением проблемы бесплодия, а также по-настоящему уравняло бы мужчин и женщин в правах. В издательстве Ивана Лимбаха выходит книга социолога Ирины Аристарховой «Гостеприимство матрицы: Философия, биомедицина, культура» в переводе Даниила Жайворонка, в которой рассматриваются проблемы новых репродуктивных практик и гендерной идентичности.

T&P публикуют отрывок о том, нужна ли мужчинам функция деторождения и насколько мир близок к такому повороту.

Биомедицинский дискурс мужской беременности

«Гостеприимство матрицы: Философия, биомедицина, культура»

За последние два десятилетия некоторые выдающиеся и знаменитые эксперты-биомедики в различных частях света объясняли необходимость мужской беременности или всерьез рассматривали ее осуществимость (Walters 1991; Teresi and Mcauliffe 1998; Winston 1998; Gosden 2000). С биомедицинской точки зрения мужская беременность может быть понята как другая форма эктогенеза. Как показывает длинная история поддержки эктогенетических исследований, мужская беременность также рассматривается как решение проблемы бесплодия и, все чаще и конкретней, как проблема юридических прав мужчин (особенно гомосексуальных и транссексуальных) на размножение. Уильям Уолтерс, исполнительный клинический директор в Королевском госпитале для женщин в Мельбурне и соавтор книги вместе с Питером Сингером (1982), является известным сторонником эктогенеза. Уолтерс специализируется на транссексуальности и описывает тех, кто может быть заинтересован в мужской беременности: «[Биологические мужчины], выражающие интерес или сильное желание завести собственного ребенка, включают в себя (i) мужчин транссексуалов, ставших женщинами, (ii) гомосексуалов в моногамных отношениях, (iii) одиноких гетеросексуальных мужчин с сильным материнским инстинктом и (iv) женатых мужчин, чьи жены бесплодны или фертильны, но имеют серьезные заболевания, неблагоприятные для деторождения» (Walters 1991, 739).

В настоящий момент главными способами достижения человеческой мужской беременности в будущем считаются брюшная беременность и трансплантация матки. Стоит отметить, что обе эти возможности рассматривают беременность как вопрос о «где» — то есть поиск подходящего места для введения оплодотворенного эмбриона в мужское тело. Эта проблема зачастую представляется в качестве основного препятствия для мужской беременности, усиливая понимание утробы/матки как «всего лишь умного инкубатора», как выразился Госден, который легко может быть заменен. Прежде чем мы более подробно рассмотрим обе эти возможности человеческой мужской беременности, я вкратце обрисую ситуацию в современных биомедицинских исследованиях, касающихся этого вопроcа.

Терези и Мкаулиффе (Teresi and Mcauliffe 1998) собрали обширную информацию об австралийских, новозеландских и британских исследованиях мужской беременности у животных. Важно отметить, что большинство этих исследований получили свое обоснование благодаря отсылкам к пользе биомедицины, не имеющей ничего общего с мужской беременностью, но скорее имеющей дело с проблемами зародышевого развития, эволюционной биологии, лечения бесплодия и так далее. Эти примеры, однако, подтверждают мое утверждение, что основным вопросом о беременности остается вопрос «где»: куда можно имплантировать эмбриона бабуину или мыши мужского рода и как долго этот эмбрион может выжить внутри брюшной полости, не подвергнувшись исторжению или абсорбации. Пространственные ограничения для размещения и развития эмбриона, наблюдаемые у животных, приводятся как одно из возражений против возможности мужской беременности: «Это очевидно. Плацентарный мешок и ребенок в срок будут весить порядка двадцати пяти фунтов. И на протяжении всех месяцев роста этот мешок может перекручиваться и переворачиваться» (Hallatt, цит. по: Teresi and Mcauliffe 1998, 180). Несмотря на эти ограничения, бабуин мужского рода вынашивал имплантированный эмбрион на протяжении четырех месяцев, как об этом сообщает доктор Якобсен, известный репродуктолог, заслугой которого считается развитие амниоцентеза для проверки генетических отклонений. Якобсен приходит к заключению: «чудом нашего открытия» стало понимание того, что «оплодотворенное яйцо может быть автономным, само производя все гормоны, необходимые ему для развития» (Teresi and Mcauliffe 1998, 177). Якобсен также сообщил об успешной брюшной беременности у мужской особи шимпанзе (Andrews 1984, 261). Беременная мужская особь мыши вынашивала в своих яичках зародыш двенадцать дней до «идеального состояния», добавляет Дэвид Кирби из Оксфордского университета, и лишь нехватка эластичности и пространства внутри яичек остановила развитие эмбриона (Teresi and Mcauliffe 1998, 177). При успешной имплантации и вынашивании у мужской особи бабуина и мыши, заключает Хардинг, подобно Якобсену, «на гормональном уровне зародыш оказывается полностью автономным» (Harding, цит. по: Teresi and Mcauliffe 1998, 179). Это означает, что человеческая мужская особь, чтобы забеременеть, не должна даже проходить гормональной терапии. Как только плацента разовьется, «автономное» существо само выработает свои собственные стероиды.

Биомедицинское сообщество, таким образом, предполагает, что если мужская беременность станет когда-либо возможной, то она будет происходить в брюшной полости. Дискуссия о влиянии на окружающие органы практически отсутствует. Когда дело касается беременности, мужское тело, так же как и женское, начинает рассматриваться как пассивный «мешок тканей» и пустеющее пространство, только и ждущее, когда его наполнят посредством экстракорпорального оплодотворения или другого вида вспомогательных репродуктивных технологий. Возможность брюшной беременности у мужчин основана не только на ограниченном числе мужских беременностей у животных, но и на успешных брюшных (то есть внематочных) беременностях у женщин. Брюшная беременность у женщин происходят вне «положенного» им места, то есть они эктопичны. Сегодня большинство исследователей призывают к подходу «жди-и-смотри» в отношении к эктопичным беременностям у ранее бесплодных женщин или у тех, кто прошел стадию плацентарного закрепления без осложнений, «так как невозможно предсказать, какая из спонтанных брюшных беременностей будет развиваться относительно благоприятным образом для того, чтобы привести к рождению нормального, здорового ребенка, можно выдвинуть аргумент о выжидающем подходе ко всем брюшным беременностям, особенно когда носитель обладает длинной историей бесплодия» (Walters 1991, 738–739). Здесь важна формулировка: вместо того чтобы сосредоточиться на преобладающем количестве неудач, угрожающих жизни случаев, фокус смещен на относительно небольшое число успешных примеров, что прокладывает путь для биомедицинского будущего мужской беременности.

Для Роджера Госдена, еще одного исследователя, всерьез рассматривающего человеческую мужскую беременность, она является определенной, хоть и рискованной, возможностью (Gosden 2000, 193–197). Госден предлагает различные основания для мужской беременности: отец может стать реципиентом для зародыша до тех пор, пока материнская матка не будет готова его принять; мужская беременность может заменить суррогатную или искусственную беременность, что будет означать снижение стоимости и разрешение юридических проблем; она свяжет ребенка и отца на очень раннем этапе развития. Госден, однако, приходит к выводу, что в настоящий момент, «учитывая доступность безопасных альтернатив, нет необходимости для конструирования эктопической мужской беременности», где «безопасные альтернативы» отсылают к традиционной материнской беременности. Обеспокоенность безопасностью мужской беременности примечательна, так как Госден, по-видимому, рассматривает участие отца в вынашивании как чрезвычайно вероятное с научной точки зрения. В своей работе он также показывает, что недостаток исследований в этой области в сравнении с эктогенезом (его другими видами) является в большей степени результатом «культурной лакуны», отказывающейся признавать ее возможность, чем биологической невероятности: очевидно, получить финансирование на исследование эктогенетических систем, даже таких отдаленных и футуристичных, как мужская беременность, гораздо легче, чем на исследование мужской беременности как таковой (Gosden 2000, 193–197).

Вальтерс, один из ранних сторонников возможности мужской беременности, обсуждая биомедицинские альтернативы бесплодия, всерьез рассматривает брюшную беременность для женщин: «Вследствие возможности брюшной беременности закончиться рождением нормального здорового ребенка, вполне понятно, что некоторые хорошо информированные бесплодные пары рассматривают этот способ деторождения в качестве решения их проблем… Нет сомнений в том, что искусственно индуцированная брюшная беременность имеет юридические и психологические преимущества для бесплодных женщин, которым в другом случае пришлось бы рассмотреть вариант суррогатного материнства. Таким образом, будет устранена ее (пары. — И. А.) вполне понятная тревога относительно суррогатной матери, уступающей ребенка при рождении» (Walters 1991, 733, 737).

«Местом», которое обычно приводят как подходящее для имплантации в брюшную полость, является сальник (одна из тканевых складок брюшины, мембрана, поддерживающая и обволакивающая органы брюшины), так как позволить оплодотворенному эмбриону странствовать по телу представляется нецелесообразным. Человеческий эмбрион, скорее, необходимо погрузить в ткани, чем поверхностно к ним прикрепить (примечательно, что у людей имплантация глубже, чем у других животных). Поэтому сальник выбирается в качестве места, в которое он может быть имплантирован, где может быть развита поставка крови и плацента и обеспечен рост. Так как мужчины могут не обеспечивать необходимого количества гормонов для успешного развития эмбриона, им, вероятно, придется пройти гормональную терапию. Помимо многих других лекарственных средств, корректирующих их тела для облегчения этого процесса, им могут понадобиться иммунодепрессанты, особенно в период до полного развития плаценты. Как было ранее показано в случае с мужской беременностью у животных, исследователи полагают, что это не должно стать большой проблемой, так как, утверждают они, эмбрион в первые недели своего развития является более-менее самодостаточным существом. И подобно тому, как он развивается вне тела после искусственного оплодотворения и перед имплантацией, то же самое будет происходить и внутри мужчины. Другая возможность состоит в том, что эмбрион, как только контакт с мужским телом установлен, будет способствовать производству необходимых гормонов, так же как это происходит в женском теле посредством плацентарной поверхности.

«Проект “Мужская беременность”, 1999–2002» Ли Мингвей и Вирджил Вонг

Второй возможностью для мужской беременности является трансплантология, и основана она на исследованиях трансплантации матки у животных и людей (Altchek 2003; Bedaiwy et al. 2008; Gauthier et al. 2008). Одной из примечательных характеристик трансплантации матки является то, что исследователи представляют и рассматривают ее как редкий случай временной трансплантации, так как матка не является жизненно важным органом в отличие от печени, почки и даже глаз. Это означает, что после рождения ребенка матка может быть удалена. К тому же вследствие гистерэктомии человеческие матки практически постоянно «доступны» и их можно использовать относительно «дешево». Госден предполагает, что трансплантация матки внутрь тела отца будет полезна для ребенка, так как плотные маточные стенки обеспечивают «безопасную» среду, а риск нарушений при эктопическом рождении превышает 50 процентов (Gosden 2000, 196). Хорошо известно, что относительная польза исследований трансплантаций матки проистекает из того факта, что не во всех культурных и религиозных контекстах суррогатное материнство или вспомогательная репродукция считаются приемлемыми. Так, одна из известных попыток трансплантации матки была осуществлена в Саудовской Аравии, и, как утверждают некоторые, в этом нет ничего удивительного, учитывая негативное культурное отношение к суррогатному материнству и вспомогательной репродукции (Fageeh et al. 2002). Так как женщинам с яичниками, так же как и женщинам с яичниковыми тканями, в период после менопаузы трансплантация яичниковых тканей и экстракорпоральное оплодотворение приносит пользу, среди биомедиков существует согласие относительно того, что это лишь вопрос времени, когда матка будет пересажена женщине и эмбрион будет имплантирован и выношен в срок. Таким образом, в данном случае обоснованием является то, что если женщина или женская особь животного способны на это, то способен и мужчина. Примечательно,что научный язык описывает обе эти проблемы крайне прямолинейно, что служит повышению биомедицинской возможности мужской беременности. Трансплантация матки описывается так: принять лекарства, впрыснуть, отрезать, удалить, смешать, вырастить, удалить, ввести, принять лекарства, вынашивать, отрезать и стать матерью. Мужское тело — это всего лишь еще одна брюшная полость, простой инкубатор для имплантации.

Однако множество проблем и осложнений окружают как брюшную беременность, так и беременность с помощью трансплантированной матки. Точно так же как и в случае брюшной беременности у женщин, риск для жизни беременного мужчины будет велик. Преобладающее большинство эктопических беременностей оканчиваются хирургическим вмешательством при условии, что такая беременность выявлена на ранней стадии и операция еще возможна. В противном случае эктопическая беременность может привести к летальному исходу. Другими распространенными осложнениями являются генетические отклонения, нарушения развития и, в том случае, если ребенок выживет, значительно сниженное качество жизни. Поскольку ребенок ограничен расположенными рядом органами, голова и тело могут сформироваться неправильно. Однако опять-таки нам говорят, что, поскольку есть случаи рождения здоровых, нормальных детей в результате внематочных беременностей, существует (пусть и самая малая) возможность успешной беременности у мужчин (Walters 1991). Большинство упоминавшихся здесь сторонников мужской беременности (Gosden 2000; Walters 1991) отсылают к ней как проистекающей из нужд мужчин, имеющих «сильный материнский инстинкт» и проявляющих «женоподобное» поведение — как «транссексуалы», «женственные» или подвергшихся влиянию гормонов во время беременности. Эти перспективы в очередной раз открывают беременность как материнское отношение (даже при обсуждении мужской беременности) и отношение гостеприимства. Таким образом, помимо необходимости во внутренних тканях, «похожих на матку» (как сальник), или необходимости в трансплантации матки, то есть помимо поиска «пустого места» внутри мужского тела, идея мужской беременности обладает возможностью изменить, благодаря материнскому отношению гостеприимства и тому, что это отношение делает возможным, восприятие того, что означает быть мужчиной.

Резюмируя, можно сказать: эксперты в области биомедицины, рассматривающие мужскую беременность как результат и следующий (логический?) шаг их собственной практики, размещают ее в той же рубрике, что и исследования по трансплантации матки и рождения значительно раньше срока, соглашаясь при этом, что биоэтически это гораздо более сложная проблема. Она стала гораздо более уместной и открыто обсуждаемой в гомосексуальных и транссексуальных сообществах (Walters 1991; Sparrow 2008). Хотя Гоcден никогда не упоминает гомосексуальность и предлагает мужскую беременность как решение проблем гетеросексуальной семьи, связанных с исполнением ее естественного предназначения в том случае, когда женщина не может или не хочет сама вынашивать ребенка, в других дискурсах терминология репродуктивных «прав» и «свобод» для гомосексуалов и транссексуальных мужчин значительно повлияла на эту дискуссию, перенеся акцент со священного долга или предустановленной потребности в нуклеарном гетеросексуальном воспроизводстве на право иметь ребенка для мужчин.

Дискурсы биоэтики о возможности мужской беременности

В литературе по биоэтике проблема мужской беременности связана с дискурсом «права» на получение дополнительных репродуктивных услуг. Логика здесь проста: если мы тратим столько времени и усилий на то, чтобы помочь женщинам, которые в другом случае не были бы на это способны, с зачатием и вынашиванием, то надо помогать и мужчинам. Вспомогательные репродуктивные технологии не должны никого дискриминировать: ни бедных, ни богатых; ни здоровых, ни больных или людей с особенностями развития; ни белых, ни не-белых; ни женщин, ни мужчин. Этот аргумент кажется довольно обоснованным, особенно в тех случаях, когда те, кто желает получить такие услуги, должны платить за них из собственного кармана, тем самым усиливая индивидуальное право на «автономию» и «свободу выбора».

Другим обоснованием мужской беременности в биоэтике является рыночная экономическая модель. Согласно этой логике, мужская беременность, подобная другим вспомогательным репродуктивным услугам, будет являться обычной бизнес-моделью, выполняющей определенную работу для семей и индивидов, так же как агентство по усыновлению и клиника вспомогательной репродукции. В настоящий момент неженатые мужчины могут оплачивать суррогатные услуги в некоторых штатах США. И Уолтерс (Walters 1991) и Госден (Gosden 2000) утверждают, что мужская беременность может сокращать количество осложнений (особенно эмоциональных, юридических и финансовых), связанных с суррогатным материнством. Если незамужняя женщина (гомосексуальная или нет) желает получить услуги по экстракорпоральному оплодотворению (ЭКО) с помощью замороженной спермы, чтобы завести своих собственных детей, то она может сделать это, и мужчина, чье желание иметь биологического ребенка в этой системе гарантировано благодаря донорству яйцеклеток и суррогатному материнству (учитывая, конечно, что он довольно состоятелен и ЭКО сработает для суррогатной матери), тоже может получить такую услугу.

«Проект “Мужская беременность”, 1999–2002» Ли Мингвей и Вирджил Вонг

Хотя определения женского и мужского все более и более усложняются в биомедицинских и биоэтических дискурсах, они все еще покоятся, что довольно интересно, на том, что рассматривается в качестве «науки» о «половой дифференциации». Юридическая терминология, к ней относящаяся, сместилась от первичных и вторичных «половых признаков», таких как пенис/яички и матка/вагина/груди, к «мужскому поведению», «биологическому мужчине» и «хромосомному мужчине» (Walters 1991, 199; Sparrow 2008). Каждое новое определение стремится преодолеть недостатки, обнаруженные в предыдущем. Проблема с определениями обычно всплывает, когда распознаются экономические, политические и медицинские неравенства для трансгендерных, транссексуальных, биогендерных, бисексуальных, интергендерных, интерсексуальных и гомосексуальных сообществ и индивидов (Roscoe 1991).

Спароу (Sparrow 2008) написал замечательное эссе, которое всерьез рассматривает мужскую беременность, исходя из биоэтической перспективы. Однако, несмотря на то что Спароу признает юридическое, экономическое и медицинское неравенство, его главный биоэтический аргумент против мужской беременности все еще основывается на представлении о биологии как «судьбе». Таким образом, согласно Спароу, предположение о том, что у мужчин есть право на беременность, является издевкой над «естественным порядком вещей», особенно с учетом того, что некоторые женщины хотят, но не могут забеременеть. Однако подобное утверждение, в свою очередь, подрывает притязание женщин на эти технологии как на свое «естественное» право, дополняющее их «культурные» права. Следовательно, утверждает Спароу, такая аргументация является извращением концепции «репродуктивной свободы» и «прав» и обращает в шутку женские права, особенно потому, что мужская беременность не основана на «нормальном человеческом жизненном цикле», «фактах репродуктивной биологии» или «нормальном контексте воспроизводства» и представляет собой «легкомысленный или банальный проект» (Sparrow 2008, 287). Его аргументация, направленная против мужской беременности, раскрывает то, что притязания женщин на фундаментальное «право» на вспомогательную репродукцию зачастую основаны на культурных или политических аргументах — даже если «природа» используется для их поддержки, — и отстаивает специфические права женщин за счет других групп (включая животных). Когда, однако, дело доходит до мужчин, то привлекаются социальные и коллективные потребности и контексты, окружающие беременность, и «коллективному» и «социальному» отдается предпочтение по сравнению с индивидуальными правами на беременность (Squier 1995).

Как подчеркивает, наряду с остальными, Уолтерс (Walters 1991), больше всего от исследований ЭКО и вспомогательной репродуктивной медицины выиграли (белые) состоятельные женщины. Сквир (Squier 1994 и 1995) также отмечает, что мы часто забываем: текущие биомедицинские исследования не являются политически и культурно нейтральными. Поэтому аргумент Спароу о том, что мужская беременность не является нормальным контекстом репродукции и, следовательно, не должна поддерживаться, несостоятелен, так как то же самое обвинение может быть выдвинуто против текущих биомедицинских исследований бесплодия в целом: значительная часть научных и правительственных ресурсов направлена на поддержку лечения бесплодия у привилегированных женщин, которые, в свою очередь, могут оказывать поддержку подобным исследованиям посредством социального, культурного и политического давления на соответствующие институции. Что в этом естественного? Попытка Спароу оспорить мужскую беременность как право (ведущая к постановке под сомнение тех же прав для женщин) усиливает представленный ранее биомедицинский дискурс о мужской беременности как о всего лишь проблеме «биомедицинской настройки». Прибегая к аргументам о «нормальном порядке репродукции» и «нормальной половой идентичности» и высмеивая то, что мужчины могут чувствовать себя «бесплодными», одновременно поддерживая эту же самую концепцию применительно к женщинам, Спароу перенимает биомедицинскую модель матричного/материнского как естественно доступного в том случае, если оплодотворение произошло (Sparrow 2008). Здесь упущено рассмотрение материнского отношения, которое мужчины могут желать пережить в своих собственных телах либо воплотить посредством эмпатических отношений с другими. Биоэтический подход к мужской беременности определяет ее как один из способов репродукции в скором будущем. […]

Донорские матки пересадили девяти женщинам

В эксперименте, который поможет понять, способны ли женщины с донорскими матками родить детей, приняли участие девять женщин из Швеции, получившие органы от ныне живых членов их семей (матерей или ближайших родственниц). Все пациентки либо родились без матки, либо потеряли её из-за развития опухолевых заболеваний (например, рака шейки матки).

«Это совершенно новый вид операции, – рассказал доктор Матс Бреннстрём (Mats Brännström). – У нас нет учебника, на который можно ориентироваться».

Две предыдущие трансплантации (в Турции и Саудовской Аравии) не привели к успешному рождению младенцев. Однако пересаженные матки, кажется, вполне нормально функционируют, у некоторых женщин проходят менструации – верный признак здоровья органа. Одна из турецких пациенток смогла забеременеть, но беременность прервалась через два месяца.

Трансплантация не обеспечивает связь между полостью матки и фаллопиевыми трубами, поэтому женщины не могут забеременеть естественным путём. Но так как яичники всех потенциальных матерей функционируют нормально, можно получить из них яйцеклетки. Медики оплодотворили их при помощи технологии ЭКО и заморозили эмбрионы. Через несколько месяцев после операции учёные «разбудят» их и трансплантируют в матку пациенток. Таким образом, лишённые матки женщины смогут иметь собственных биологических детей.

Основной задачей данного экспериментального проекта является рождение у реципиенток здоровых детей. Однако донорские органы будут удалены после одной или двух беременностей, так как женщинам приходится постоянно принимать препараты, препятствующие отторжению матки. Это может вызвать серьёзные побочные эффекты, среди которых повышение кровяного давления и диабет.

Новые операции вызвали волну этических споров. Например, некоторые специалисты Великобритании считают, что риск для доноров слишком велик и подобная процедура угрожает жизни женщины, отдавшей матку своей родственнице.

Тем не менее, в настоящий момент благотворительная организация по трансплантации матки (U.K. Charity Womb Transplant) начинает кампанию по сбору средств, необходимых, чтобы помочь британским врачам выполнять подобные операции с использованием маток от погибших или умирающих доноров. Работают над новыми методами борьбы с бесплодием и в Венгрии.

Также по теме:
Бесплодной женщине «разбудили» яичники
ЭКО может привести к тяжёлым генетическим сбоям
Почини себя сам: человека можно будет отремонтировать
Мышам пересадили слюнные и слёзные железы, выращенные из стволовых клеток
Учёные строят искусственные органы с помощью технологий электронной промышленности
Искусственно выращенная почка прижилась в организме мыши

Способы помочь беременным женщинам избежать преждевременных родов

В чем суть проблемы?

Преждевременные роды, или роды до 37 недель беременности, являются основной причиной смерти новорожденных и также могут привести к долгосрочной инвалидности у выживших младенцев. Существует много способов, с помощью которых медицинские работники пытаются предотвратить преждевременные роды у женщин. Беременным женщинам может быть предложено принимать витамины, ограничить курение, принимать лекарства для лечения инфекций или посещать регулярные осмотры у специалистов. В нашем обзоре рассматриваются разные способы (или вмешательства) для предотвращения преждевременных родов. Мы провели поиск соответствующих документов в Кокрейновской библиотеке 2 ноября 2017 года.

Почему это важно?

Преждевременные роды имеют катастрофические и дорогостоящие последствия для женщин, семей и систем здравоохранения. Мы хотели обобщить соответствующую информацию для беременных женщин, медицинских работников и исследователей.

Какие доказательства мы обнаружили?

Мы включили 83 систематических обзора с доказательствами того, удалось ли с помощью определенных вмешательств снизить вероятность преждевременных родов или смерти детей. В семидесяти обзорах содержалась информация о преждевременных родах. Мы классифицировали обнаруженные нами доказательства следующим образом: явная польза или вред; отсутствие эффекта; возможная польза или вред; неизвестный эффект.

Исход: преждевременные роды

Явная польза

Мы были уверены, что следующие вмешательства помогли конкретным группам беременных женщин избежать ранних родов: модели непрерывного акушерского контроля в сравнении с другими моделями помощи для всех женщин; скрининг инфекций нижних половых путей; добавки цинка для беременных женщин без системных заболеваний. Наложение швов на шейку матки (серкляж) был полезен лишь женщинам с высоким риском преждевременных родов и одноплодной беременностью.

Явный вред

Мы не нашли вмешательств, повышавших вероятность преждевременных родов у женщин.

Возможная польза

Следующие вмешательства, возможно, помогли некоторым группам беременных женщин избежать преждевременных родов, но мы меньше уверены в этих результатах: групповой антенатальный уход для всех беременных женщин; антибиотики для беременных с бессимптомной бактериурией; фармакологические вмешательства для прекращения курения; добавки витамина D для женщин без проблем со здоровьем.

Возможный вред

Мы нашли два вмешательства, которые могли ухудшить состояние некоторых беременных женщин: внутримышечный прогестерон для женщин с высоким риском преждевременных родов и многоплодной беременностью; прием добавок витамина D, кальция и других минералов беременными женщинами без проблем со здоровьем.

Исход: перинатальная смерть

Явная польза

Мы были уверены в доказательствах касательно модели непрерывного акушерского контроля для всех беременных и доплеровского исследования плода и пуповины для беременных женщин с высоким риском; эти вмешательства, судя по всему, снижают вероятность смерти ребенка у женщины.

Явный вред

Мы не нашли вмешательств, повышавших риск смерти ребенка у женщины.

Возможная польза

Мы обнаружили возможную пользу от наложения швов на шейку матки (серкляж) для женщин с одноплодной беременностью и высоким риском преждевременных родов.

Возможный вред

В одном обзоре сообщалось о возможном вреде, связанном с меньшим числом антенатальных визитов, даже для беременных женщин с низким риском проблем с беременностью. Беременные женщины в этом обзоре уже получали ограниченную антенатальную помощь.

Исход: преждевременные роды и перинатальная смерть

Неизвестные польза или вред

Неизвестно, был ли полезным или вредным домашний мониторинг активности матки для беременных женщин с высоким риском преждевременных родов по любой причине, включая многоплодную беременность. Не установлены польза или вред для беременных женщин с высоким риском и многоплодной беременностью следующих вмешательств: постельного режима, профилактических пероральных бета-миметиков, вагинального прогестерона и цервикального серкляжа.

Что это значит?

В Кокрейновской библиотеке содержится ценная информация для женщин, врачей, акушерок и исследователей, заинтересованных в предотвращении ранних родов. Мы обобщили результаты систематических обзоров, чтобы описать, насколько хорошо работают разные стратегии предотвращения ранних родов и смерти детей. Мы организовали найденную нами информацию в ясном графическом виде, чтобы показать степень нашей уверенности в результатах и указать читателям на перспективные вмешательства для определенных групп беременных женщин.

При подготовке обзора мы не нашли в Кокрейновской библиотеке актуальной информации о таких важных средствах, как цервикальный пессарий, вагинальный прогестерон или оценка шейки матки с помощью ультразвука. Мы не нашли доказательств высокого качества касательно женщин с высоким риском преждевременных родов вследствие многоплодной беременности. Важно, чтобы беременные женщины и медицинские работники тщательно рассматривали вопрос о том, будут ли те или иные стратегии предотвращения преждевременных родов полезными для отдельных женщин или конкретных групп.

Родилась без матки, женщина рожает после трансплантации матки

Больше года Мишель собирала свою больничную сумку, готовясь к внезапной поездке в клинику Кливленда. Ее подготовка заключалась в ожидании получения матки от донора с надеждой однажды забеременеть.

«Два или три раза мне звонили, чтобы подготовиться к трансплантации, но это должно быть идеальное совпадение», — объясняет Мишель. «Я начал терять надежду, что, может быть, этому не суждено было случиться.

К счастью, она ошиблась. Теперь мать ребенка Коула, родившегося с помощью кесарева сечения в начале марта 2020 года, является вторым пациентом в программе трансплантации матки Кливлендской клиники, родившим ребенка после получения матки от умершего донора. Родившаяся без собственной матки, состояние, известное как маточное бесплодие (UFI), Мишель думала, что никогда не сможет родить ребенка.

«Одной из моих мечтаний была возможность (родить) однажды, но я не думала, что это когда-нибудь станет возможным», — добавляет Мишель, у которой в 16 лет был диагностирован UFI, когда она посетила врача, потому что у нее не было не было менструального цикла.

Эта мечта возродилась в 2016 году, когда подруга отметила ее в сообщении в социальной сети о клинике Кливленда и междисциплинарной команде по трансплантации матки под руководством Андреаса Цакиса, доктора медицины, для проведения обширного клинического исследования этой процедуры. Кливлендская клиника провела первую в стране трансплантацию матки в 2016 году и искала дополнительных участников, когда Мишель узнала о программе.

Она и ее муж Рич обсудили это и быстро согласились обратиться в суд.Так началась четырехлетняя одиссея, начавшаяся с многочисленных раундов интервью, тестирования и встреч с представителями команды, включая специалистов в области трансплантологии, акушерства и гинекологии, фертильности, неонатологии, биоэтики, психиатрии, сестринского дела. анестезиология, инфекционные заболевания, интервенционная радиология, фармация, защита прав пациентов и социальная работа.


Мишель обсудила ход судебного разбирательства со своим мужем Ричем. После этого она прошла через четыре года собеседований, тестов и встреч.(Любезно предоставлено: Мишель, пациентке после трансплантации матки)

По словам Кристиано Квинтини, доктора медицинских наук, одного из хирургов, руководивших командой, проводившей трансплантацию для Мишель, клинические испытания состоят из нескольких этапов. Он начинается с подробного анамнеза и физического осмотра, оценки фертильности специалистом по репродуктивной системе, психиатрического осмотра, обсуждения с биоэтиком и других аспектов.

«Одна из 500 женщин репродуктивного возраста страдает бесплодием, вызванным маточным фактором, так что это может потенциально изменить жизнь многих женщин и семей во всем мире», — говорит д-р.Квинтини. «Чрезвычайно важно принять меры для минимизации осложнений и риска непредвиденных событий».

После одобрения Мишель прошла строгий процесс стимуляции яичников, извлечения яйцеклеток и экстракорпорального оплодотворения — сбора и замораживания оплодотворенных яйцеклеток для имплантации после пересадки матки. Команде удалось собрать несколько жизнеспособных эмбрионов.

После завершения этого важного шага началось настоящее ожидание. В отличие от некоторых испытаний трансплантации матки, в которых используются живые доноры, программа клиники Кливленда включает только матки умерших доноров.Когда ее больничная сумка была упакована и стояла на полке, Мишель и Рич испытали три ложных срабатывания — в феврале, сентябре и декабре 2018 года. В каждом случае их уведомляли о наличии донорской матки и о том, что они должны быть готовы немедленно прибыть в клинику Кливленда. . Однако в каждом случае донорская матка не подходила идеально, и трансплантацию отменяли.

«Отбор донора чрезвычайно важен и является первым шагом к успешной трансплантации. Матка — это небольшой орган с очень слабым кровотоком, и для того, чтобы он оставался жизнеспособным, кровоснабжение должно быть адекватным.Это настоящая проблема, потому что от 20 до 25% всех трансплантатов теряются из-за отсутствия (надлежащего) кровотока после операции», — объясняет доктор Квинтини.

В конце января 2019 года Мишель получила обнадеживающую новость, которую давно ждала. Ее лечащая бригада определила подходящую матку. Трансплантация будет продвигаться вперед. В понедельник вечером того же месяца трансплантация началась. Операция закончилась через 14 часов, на следующее утро. Хотя трансплантация прошла успешно, Мишель перенесла несколько осложнений.


Хирурги Кливлендской клиники выполнили восемь трансплантаций матки с момента начала испытаний в 2016 году. (Предоставлено Cleveland Clinic)

Однако вскоре после этого Мишель точно знала, что ее новый орган работает. «В 31 год у меня были первые месячные. Это то, чего я никогда не думал, что испытаю!»

В июле 2019 года, после регулярных последующих тестов, чтобы убедиться, что кровь свободно течет к ее имплантированной матке, а использование иммунодепрессантов эффективно помогает ее телу приспособиться, Мишель приступила к следующему этапу — переносу одного эмбриона в ее матку.

Вскоре после того, как Мишель прошла эту процедуру, она купила домашний тест на беременность, «потому что я хотела испытать, каково это — узнать, что ты беременна, как и все остальные». К ее удивлению, тест оказался положительным, и она взволнованно написала неверующему Ричу: «Я беременна!»


Мишель была потрясена, узнав, что она беременна после успешной пересадки матки. (Предоставлено фотографом Меган Бланк для клиники Кливленда)

На протяжении всей ее беременности, которая включала в себя ежедневные приступы утренней тошноты, специалисты клиники матери и плода Кливленда внимательно следили за ее состоянием. «У Мишель была гипертония, от которой она принимала лекарства. И мы хотели избежать таких осложнений, как преэклампсия (высокое кровяное давление)», — объясняет Ума Перни, доктор медицинских наук, которая специализируется на беременностях с высоким риском.

Рожденный с помощью кесарева сечения, которое требуется для матери с пересаженной маткой, Коул «вышел с криком», восклицает доктор Перни. «У Мишель были прекрасные роды и здоровый мальчик».


Мишель родила здорового ребенка Коула с помощью кесарева сечения в марте 2020 года.(Любезно предоставлено: Мишель, пациентке после трансплантации матки)

После недельного пребывания в отделении интенсивной терапии новорожденных (ОИТН) детской клиники Кливленда Мишель и Рич забрали Коула домой, чтобы начать новую жизнь в семье из трех человек. Высоко оценивая работу команды Кливлендской клиники по трансплантации матки, пара также высоко ценит анонимного донора и ее выживших за то, что они сделали им подарок, который они никогда не смогут вернуть.

«Я так благодарен за них. Мы не были бы там, где мы есть сегодня, если бы не этот подарок в виде матки», — говорит Мишель.«Моя жизнь полностью изменилась. Намного лучше знать, что у тебя есть крошечный человечек, который будет любить тебя безоговорочно».

Зарегистрируйтесь в Lifebanc, чтобы стать донором органов.

Связанные институты: Институт акушерства/гинекологии и женского здоровья, Институт желудочно-кишечных заболеваний и хирургии

Женщина, рожденная без матки, родила здорового мальчика

К 16 годам у Мишель никогда не было месячных, поэтому она посетила акушера-гинеколога, чтобы узнать, почему.

Ответ был шокирующим: у Мишель не было матки.

Хотя это и объясняло, почему у нее не было менструаций, это также означало, что она никогда не сможет выносить ребенка.

Чтобы узнать больше новостей и видео, связанных с образом жизни, см. Стиль жизни >>

В подростковом возрасте это не имело большого значения, но когда она повзрослела и вышла замуж за своего мужа Ричарда, она очень хотела ребенка.

«Меня огорчало, что я не смогу выносить собственного ребенка», — сказала 32-летняя медсестра из Гринвилля, штат Пенсильвания.

«Я никогда не думала, что увижу эти слова о том, что ты беременна, или даже подумаю, что это возможно для меня.”

В 2016 году она узнала, что клиника Кливленда пересаживает матки умерших доноров, и подала заявку на ее получение.

Когда Мишель было 16 лет, она узнала, что у нее нет матки. В течение многих лет она считала, что никогда не сможет иметь ребенка. Предоставлено: Меган Бланк Фото / Кливлендская клиника

Она никогда не думала, что пройдет квалификацию.

Но после многолетнего процесса в марте она родила мальчика, второго человека, перенесшего трансплантацию матки и родившего в Кливлендской клинике.

«Мечта сбылась, — сказала она. «Это было волшебно».

Трансплантация матки

Примерно 1 из 5000 женщин рождается без матки, по словам доктора Умы Перни, специалиста по охране материнства и плода, участвовавшего в клинических испытаниях трансплантации матки в Кливлендской клинике.

Но маточный фактор бесплодия, аномалии матки, которые приводят к бесплодию, встречается чаще, затрагивая 1 из 500 женщин.

«(Родиться без матки) — это не повседневная ситуация, но это не так уж и редко», — сказал Перни СЕГОДНЯ.

«Есть много молодых женщин, у которых в очень молодом возрасте поставлен диагноз действительно постоянного бесплодия, что действительно разрушительно».

Сорвано: Мужчина жестоко лишился сбережений в размере 200 000 долларов ВНЕ БАНКА

Лицо маленького мальчика, разорванное «милым» домашним животным ребенок.

Клиника Кливленда — одно из нескольких учреждений, занимающихся исследованиями трансплантации матки, и они используют матки от умерших доноров.

Процесс включает в себя микрохирургию, и потенциальные реципиенты, такие как Мишель, проходят тщательный отбор.

Хороший кандидат

«Очевидно, что это требует очень тщательного медицинского осмотра, чтобы убедиться, что они будут хорошими кандидатами для вынашивания беременности», — объяснила Перни.

«Есть также социально-психологические факторы, потому что это действительно очень долгий путь».

Мишель потребовалось четыре года с момента подачи заявления до момента, когда она получила трансплантат, а затем родила ребенка.

Она беспокоилась, что ее могут дисквалифицировать, потому что ее муж работает в разъездах, а команда искала кого-то с сильной поддержкой.

Дождевая бомба обрушится на Вашингтон, поскольку ЮАР и восточное побережье готовятся к непогоде

Выяснилось: когда в Виктории можно ожидать снижения числа случаев заболевания коронавирусом

Но пара доказала, что у них достаточно помощи.

Потом было ожидание.

Мишель должна была быть готова в любой момент отправиться в Кливленд, когда матка стала доступна.

Трижды ей звонили, не заканчивая трансплантацией.

«Я (получила) несколько телефонных звонков о том, что у них есть донорская матка», — сказала она.

На протяжении четырехлетнего процесса трансплантации матки Мишель часто задавалась вопросом, дойдет ли она до момента, когда сможет родить ребенка. Фото: Стив Траварка / Кливлендская клиника

«В течение нескольких часов или нескольких дней мы получили известие о том, что это не идеальное совпадение».

Это было разочарованием, но надеждой.

«Это было тяжело», — сказала она.

«Вы думаете, что через несколько дней поедете в Кливленд за маткой.

«Каждый раз, когда вы получали телефонный звонок, который вселял в вас надежду».

Идеальное совпадение

Наконец, в январе 2019 года команда нашла идеальное совпадение, и Мишель перенесли 14-часовую операцию.

Через две недели после трансплантации 30-летней женщине сделали первую операцию.

«Это были мои первые месячные», — сказала она.

«Сначала я не был уверен, хорошее это кровотечение или сильное.

«Наличие матки может означать: «Да, у вас месячные» или «Возможно, у вас отторжение».

Хотя Мишель могла оставить свою донорскую матку, чтобы родить второго ребенка, она отказалась от этого. Предоставлено: Мишель и Рич/ Прилагается

Хотя это было «странно», это также казалось подтверждающим.

— Я чувствовала себя женщиной, — сказала Мишель.

Через шесть месяцев Мишель приготовилась к переносу эмбриона.

«Я нервничал. Я действительно не знала, чего ожидать», — сказала она.

Пересадка эмбриона

Через шесть дней после получения эмбриона Мишель сделала тест и увидела то, что считала невозможным: она была беременна.

«Это было нереально, — сказала она.

Сюрреалистические ощущения продолжались.

Увидеть ребенка на УЗИ было как во сне.

Но из-за препаратов против отторжения она быстро утомлялась, а утренняя тошнота преследовала ее беременность.

Средняя беременность

Тем не менее, Перни сказала, что это была обычная беременность.

«У нее гипертония, которую мы наблюдали. По большей части ее беременность прошла очень гладко», — сказала Перни.

«Удивительно, насколько ее беременность была похожа на обычную беременность.

«На УЗИ нельзя было сказать, что было что-то другое».

Сгустки крови

У Мишель было кровотечение за плацентой, которое могло вызвать выкидыш.

Она принимала препараты для разжижения крови, потому что у нее образовались тромбы.

Но она перестала принимать разбавители, и врачи внимательно наблюдали за ней.

«Я защищаю своего ребенка, но потенциально, будучи беременной, у меня может образоваться больше тромбов», — сказала она.

«Было страшно, но я знал, что попал в хорошие руки».

Малыш Коул пришел немного раньше, но он здоров и редко плачет. Фото: Мишель и Рич/ Прилагается №

В начале марта она родила Коула, здорового мальчика в возрасте 34 недель и шести дней.

Он весил 5 фунтов 12 унций (2.6 кг) и провел всего несколько дней в реанимации новорожденных под наблюдением.

«У меня было кесарево сечение, поэтому я не спала и видела, как рождается мой сын», — сказала она.

«Это казалось нереальным, пока он не вышел и не заплакал».

«Это не казалось реальным, пока он не вышел и не заплакал».

Все люди, которым пересаживают матку, должны рожать с помощью кесарева сечения, отметил Перни.

Несмотря на то, что Мишель увидела своего сына, это было «волшебством», но врачи также были тронуты этим опытом.

Коулз предупреждает об ограничениях на покупки по всей стране, если панические закупки продолжатся в состоянии поделиться чем-то подобным с парой», — сказал Перни.

«Знать, что вы участвовали в создании такой возможности, это действительно нечто особенное».

Гистерэктомия

Мишель удалили матку, что сейчас является целью исследования, сказал Перни.

Женщины могут родить двух детей с пересаженной маткой, а затем сделать гистерэктомию.

Это спасает их от пожизненных лекарств против отторжения.

«Уровень функции моих почек был немного повышен, и я просто не чувствовала себя собой», — сказала Мишель.

«Я хотел быть здоровым для своего сына».

Реципиент клиники Кливленда рожает ребенка

К 16 годам у Мишель никогда не было месячных, поэтому она посетила акушера-гинеколога, чтобы узнать почему.

Ответ был шокирующим: у Мишель не было матки.

Хотя это и объясняло, почему у нее не было менструаций, это также означало, что она никогда не сможет выносить ребенка. В 16 лет это не имело большого значения, но когда она повзрослела и вышла замуж за своего мужа Ричарда, она очень хотела ребенка.

Когда Мишель было 16 лет, она узнала, что у нее нет матки. В течение многих лет она считала, что никогда не забеременеет и не родит ребенка. Пока ей не сделали пересадку матки. Предоставлено фотографией Меган Бланк для клиники Кливленда

«Мне стало грустно, что я не смогу выносить собственного ребенка», — сказала СЕГОДНЯ 32-летняя медсестра из Гринвилля, штат Пенсильвания.«Я никогда не думала, что увижу эти слова о том, что ты беременна, или даже подумаю, что это будет возможно для меня».

В 2016 году она узнала, что клиника Кливленда пересаживает матки умерших доноров, и подала заявку на ее получение. Она никогда не думала, что подойдет. Но после многолетнего процесса в марте она родила мальчика, второго человека, перенесшего трансплантацию матки и родившего в клинике Кливленда.

«Мечта сбылась, — сказала она. «Это было волшебно.

Трансплантация матки дает женщинам шанс родить ребенка

По словам доктора Умы Перни, специалиста по охране материнства и плода, около 1 из 5000 женщин рождается без матки, участвовавшей в клинических испытаниях трансплантации матки в Кливлендской клинике . Но маточный фактор бесплодия, аномалии матки, которые приводят к бесплодию, встречается чаще, затрагивая 1 из 500 женщин.

«(Родиться без матки) — это не повседневная ситуация, но это не так уж и редко», — сказал Перни СЕГОДНЯ.«Есть много молодых женщин, которым поставили этот диагноз действительно постоянного бесплодия в очень молодом возрасте, что действительно разрушительно».

На протяжении четырехлетнего процесса трансплантации матки Мишель часто задавалась вопросом, дойдет ли она до момента, когда сможет родить ребенка. Это не казалось реальным, пока малыш Коул не заплакал. Предоставлено Steve Travarca / Cleveland Clinic

У женщин без матки часто функционируют яичники, то есть они производят яйцеклетки, но не могут выносить ребенка. Кливлендская клиника — одно из нескольких учреждений, занимающихся исследованиями трансплантации матки, и они используют матки от умерших доноров.Процесс включает в себя микрохирургию, и потенциальные получатели, такие как Мишель, которая попросила СЕГОДНЯ не использовать ее фамилию по соображениям конфиденциальности, проходят тщательный процесс проверки.

«Очевидно, что это требует очень тщательного медицинского обследования, чтобы убедиться, что они будут хорошими кандидатами для вынашивания беременности», — объяснила Перни. «Есть также социально-психологические факторы, потому что это действительно очень долгий путь».

Мишель потребовалось четыре года с момента подачи заявления до момента, когда она получила трансплантат, а затем родила ребенка.Она беспокоилась, что ее могут дисквалифицировать, потому что ее муж работает в разъездах, а команда искала кого-то с сильной поддержкой. Но пара доказала, что у них было достаточно помощи.

Потом было ожидание. Мишель должна была быть готова в любой момент отправиться в Кливленд, когда матка станет доступной. Трижды ей звонили, которые не заканчивались трансплантацией.

«Я (получила) несколько телефонных звонков о том, что у них есть донорская матка», — сказала она. «В течение нескольких часов или нескольких дней мы получили известие о том, что это не идеальное совпадение.

Хотя Мишель могла бы сохранить свою донорскую матку, чтобы родить второго ребенка, она отказалась от этого. Она наслаждается временем с Коулом и хочет, чтобы ее сын был как можно здоровее. Предоставлено Мишель и Рич

Это было разочаровывающим, но обнадеживающим.

«Это было тяжело», — сказала она. «Вы думаете, что через несколько дней поедете в Кливленд за маткой. Каждый раз, когда вы получали тот телефонный звонок, который вселял в вас надежду».

Наконец, в январе 2019 года команда нашла идеальную пару, и Мишель перенесли 14-часовую операцию.Через две недели после трансплантации у тогдашней 30-летней женщины случилась первая трансплантация.

«Это были мои первые месячные», — сказала она. «Сначала я не был уверен, было ли это хорошее кровотечение или сильное кровотечение. Наличие матки может означать: «Да, у вас месячные» или «Возможно, у вас отторжение».

Хотя это было «странно», это также подтверждало. — сказала Мишель.Это не могло взять. Ваша матка не могла выносить ребенка», — сказала она. «Я был готов.»

Пересадка эмбриона

Через шесть дней после получения эмбриона Мишель сделала тест на беременность и увидела то, что считала невозможным: она была беременна.

«Это было нереально, — сказала она.

Сюрреалистические ощущения продолжались. Увидеть УЗИ и ребенка было как во сне. Тем не менее, лекарства против отторжения заставили ее быстро утомляться, а утренняя тошнота преследовала ее беременность.Тем не менее, Перни сказала, что это была обычная беременность.

«У нее гипертония, которую мы наблюдали. По большей части ее беременность прошла очень гладко», — сказала Перни. «Было действительно удивительно, насколько ее беременность была похожа на обычную беременность. На УЗИ нельзя было сказать, что было что-то другое».

У Мишель было кровотечение за плацентой, которое могло вызвать выкидыш. Она принимала препараты для разжижения крови, потому что у нее образовались тромбы. Но она перестала принимать разбавители, и врачи внимательно наблюдали за ней.

«Я защищаю своего ребенка, но потенциально, будучи беременной, у меня может образоваться больше тромбов», — сказала она. «Было страшно, но я знал, что попал в хорошие руки».

Малыш Коул пришел немного раньше, но он здоров и редко плачет. Предоставлено Мишель и Рич

В начале марта она родила Коула, здорового мальчика на сроке 34 недели и шестой день беременности. Он весил 5 фунтов 12 унций и провел всего несколько дней в отделении интенсивной терапии новорожденных под наблюдением.

«У меня было кесарево сечение, поэтому я не спала и видела, как рождается мой сын», — сказала она.«Это не казалось реальным, пока он не вышел и не заплакал».

Все люди, которым пересаживают матку, должны рожать с помощью кесарева сечения, отметил Перни. Несмотря на то, что Мишель увидела своего сына, это было «волшебством», но врачи также были тронуты этим опытом.

«Для меня большая честь быть частью команды и иметь возможность поделиться чем-то подобным с парой, — сказал Перни. ».

Мишель удалили матку, что сейчас является целью исследования, объяснил Перни.Женщины могут родить двух детей с пересаженной маткой, а затем сделать гистерэктомию. Это спасает их от пожизненных лекарств против отторжения.

«Уровень функции моих почек был немного повышен, и я просто не чувствовала себя собой», — сказала Мишель. «Я хотел быть здоровым для своего сына».

Женщина рожает здорового ребенка, который рос в ее ЖИВОТЕ, а не в ее матке

Женщина рожает здорового ребенка, который рос в ее ЖИВОТЕ, а не в ее матке


  • Женщина в Танзании попала в больницу с желудком боль в 32 недели
  • Также заметила, что ее ребенок мало шевелится, и она изо всех сил пыталась мочиться
  • Предыдущие дородовые осмотры показали, что беременность протекала нормально Инфекция
  • тесты, в конечном итоге выявили ребенка, росли в ее животе
  • Не было амниотическим мешком или защитной амниотической жидкости
  • Baby был доставлен весом 3 фунтов 7 унций, и оба были разряжены.

Автор Эмма Иннес

Опубликовано: | Обновлено:

22-летняя женщина родила здоровую девочку, выросшую вне ее матки.

Женщина из Танзании только на 32-й неделе беременности обнаружила, что ее ребенок развивается в ее животе.

Считается, что оплодотворенная яйцеклетка изначально была имплантирована в ее маточную трубу, откуда она была изгнана, что позволило ей снова имплантироваться в брюшную полость.

22-летняя женщина родила здорового ребенка, который рос вне ее матки, в ее животе (фото из архива)

Женщина была направлена ​​в больницу в Мванзе, Танзания, после жалоб на боли в животе и что ее ребенок мало шевелится.

Она также сообщила о проблемах с мочеиспусканием, согласно отчету о ее случае в журнале BioMed Central.

Она уже прошла два дородовых осмотра, после которых ей сказали, что беременность протекает нормально.

У нее было УЗИ в Мванзе, которое оказалось нормальным, и врачи предположили, что беременность была обычной, но у матери была анемия и инфекция мочевыводящих путей.

ЧТО ТАКОЕ БРЮШНАЯ БЕРЕМЕННОСТЬ?

Абдоминальная беременность является формой внематочной беременности.

Внематочная беременность возникает, когда оплодотворенная яйцеклетка имплантируется вне матки – обычно в фаллопиевых трубах, но иногда и в брюшной полости.

Брюшная беременность обычно возникает в результате разрыва фаллопиевой трубы или изгнания оплодотворенной яйцеклетки, которая впервые имплантировалась в трубу.

В отличие от других внематочных беременностей, существует вероятность рождения жизнеспособного ребенка после брюшной беременности, но также существует повышенный риск смерти матери.

Абдоминальная беременность считается примерно одной из каждых 10 000 беременностей.

Но они опасны, так как могут вызвать сильное кровотечение у матери.

Женщина с брюшной беременностью не сможет родить естественным путем, и ребенка придется рожать хирургическим путем.

Если этого не произойдет, ребенок умрет и может обызвествиться внутри матери.

Дети, рожденные после абдоминальной беременности, имеют высокий уровень врожденных дефектов, поскольку они могут быть сдавлены из-за отсутствия амниотической жидкости в качестве защитного буфера.

Ее лечили от этих состояний, и ее симптомы немного ослабли.

Однако второе сканирование через два дня показало, что ребенок этой женщины действительно плавал в ее брюшной полости.

Было обнаружено, что пациентка вынашивает жизнеспособного ребенка, несмотря на то, что он не находится в защитном амниотическом мешочке и не окружен нормальной амниотической жидкостью.

Также было отмечено, что у нее нормальная, но пустая матка и нормальные яичники и фаллопиевы трубы.

Ребенок успешно родился во время операции.

Маленькая девочка весила 3 ​​фунта 7 унций (1,7 кг).

Матери пришлось сделать переливание крови из-за тяжелой анемии, но она и ребенок были выписаны из больницы здоровыми.

Брюшная беременность — это редкие формы внематочной беременности, когда ребенок внедряется в брюшную полость, а не в матку.

Они часто не обнаруживаются при ультразвуковом сканировании и обычно возникают в результате разрыва фаллопиевой трубы или выброса оплодотворенной яйцеклетки, имплантированной в трубу.

В отличие от других случаев внематочной беременности, после брюшной беременности существует вероятность рождения жизнеспособного ребенка, но также существует повышенный риск смерти матери.

Абдоминальная беременность считается примерно одной из каждых 10 000 беременностей.

Брюшная беременность опасна, так как может вызвать сильное кровотечение у матери. Они также могут привести к анемии и инфекции.

Женщина с брюшной беременностью не сможет родить естественным путем, и ребенка придется рожать хирургическим путем.

Если этого не произойдет, ребенок умрет и может обызвествиться внутри матери.

Девочка была рождена хирургическим путем, и она и ее мать были выписаны из больницы здоровыми после операции (фото из архива) отсутствие амниотической жидкости в качестве защитного буфера.

«За 25 лет я была свидетелем четырех или пяти брюшных беременностей», — сказала Live Science доктор Джилл Рабин, заведующая отделением амбулаторной помощи, акушерства и гинекологии Еврейского медицинского центра Лонг-Айленда в Нью-Йорке.

Она добавила: «Это очень редко, но вы должны помнить об этом при обследовании беременной женщины с болями в животе».

Будущее трансплантации матки через год после исторического ребенка

Ноябрьским днем ​​пара устроила вечеринку по случаю дня рождения своего годовалого сына. Когда семья и друзья собрались вокруг ребенка, чтобы спеть «С Днем Рождения», его родители обратились к важной вехе, которая вышла далеко за пределы комнаты.

«Это было эмоционально», — вспоминает мать.«Потребовалось намного больше, чем девять месяцев беременности, чтобы получить его, и мы не были бы там, где мы есть, без всеобщей поддержки».

Многие родители скажут вам, что их дети чудесны. Но само существование этого конкретного мальчика, который всего месяц назад сделал свои первые шаги, делает чудо как-то ближе к буквальному – и не только для этой семьи. Рождение мальчика было историческим событием, впервые в США ребенок родился из пересаженной матки.S., и дала надежду женщинам во всем мире, которые думали, что никогда не вынашивают ребенка.

«Мы сделали это не только для нашей семьи. Мы сделали это для семей в будущем», — говорит мать.

Когда ей было 16 лет, нынешняя мать посетила своего врача, обеспокоенная отсутствием менструации. Именно во время этого первого гинекологического осмотра ее врач поставил ей диагноз, с которым она, будучи подростком, чувствовала себя не в состоянии справиться: она была среди 1 из 4500 женщин во всем мире с синдромом Майера-Рокитански-Кюстера-Хаузера (MRKH), что означает, что она родилась без матки. Хотя у нее были функционирующие яичники, она никак не могла забеременеть или выносить ребенка. (Пара попросила не раскрывать их личности, чтобы защитить их частную жизнь.)

«Даже в то время я спрашивала о возможности трансплантации», — говорит она. «Мне сказали, что это невозможно». Прошли годы, и женщина встретила мужчину и влюбилась. Она нашла подходящий момент, чтобы нервно поделиться с ним своим секретом, о котором она знала всю свою жизнь, о чем никто, кроме ее ближайших родственников, не знал.Захочет ли он по-прежнему быть с ней, если она никогда не сможет забеременеть? Он сказал да.

Они поженились, и вскоре друзья начали получать предсказуемый вопрос: «Когда вы собираетесь создать семью?» Пара очень хотела детей, и ей было больно знать, что, несмотря на то, что они молоды и здоровы, они не забеременеют вместе. Женщина впала в депрессию и начала посещать психотерапевта. Примерно через год ее сеансов терапевт передал ей новостную статью: больницы в США.S. запускали испытания трансплантации матки.

В 2014 году врачи Университетской больницы Сальгренска в Гётеборге, Швеция, стали первой медицинской бригадой, предпринявшей попытку трансплантации матки от живых доноров другим женщинам, чтобы они могли родить. Девять реципиентов, всем за 30, родились без матки или им удалили матку из-за рака шейки матки. В результате испытания родилось восемь детей.

врача-трансплантолога по всему миру обратили внимание, в том числе Dr.Джулиано Теста, заведующий отделением абдоминальной трансплантации Медицинского центра Бейлорского университета в Далласе. Услышав презентацию об этой процедуре, он понял, что хочет попробовать. «Меня просто восхищает переход от органов, спасающих жизни, к органам, производящим жизни», — говорит он.

Специалисты по трансплантации и репродуктивному здоровью считают шведское испытание триумфом, но если его нельзя воспроизвести в другом месте, его можно считать случайностью. «Мы должны сотрудничать и делиться своими знаниями, — говорит доктор.Лиза Йоханнессон, акушер-гинеколог и хирург по пересадке матки из шведской команды, которая переехала в Техас, чтобы помочь программе Бэйлора. «Если никто не может это повторить, это ничего не стоит».

Теста набрала команду врачей в Бэйлоре для клинического испытания трансплантации матки — экспертов в области трансплантации, акушерства, фертильности и психологии — и они отправили вызов женщинам-добровольцам без матки, которые были бы готовы пройти серьезную операцию для возможность родить биологического ребенка.Они также набрали женщин, готовых пожертвовать свои здоровые матки для трансплантации. «Когда вы жертвуете почку, вы делаете это, чтобы помочь кому-то прожить дольше и отказаться от диализа», — говорит Теста. «Для этих женщин они дарят опыт».

В сентябре 2016 года больница провела свои первые четыре трансплантации за две недели, но три из них пришлось удалить после того, как тесты показали, что органы не получают нормального кровотока. «Я не стыжусь того, что меня помнят как парня, который сделал четыре в начале и три потерпел неудачу», — сказал тогда Теста.«Я собираюсь сделать эту работу».

Вскоре он выполнил свою клятву, когда в ноябре 2017 года женщина, чья трансплантация прошла успешно, родила первого ребенка в США с помощью кесарева сечения. «Клишество состоит в том, что ты никогда не узнаешь, как сильно ты можешь любить кого-то, пока у тебя на руках не будет этого ребенка», — говорит мать. «Это открыло мне глаза на совершенно новый мир — на то, как глубоко я могу любить».

Доктор Роберт Т. Ганби-младший, акушер-гинеколог, принявший роды, провел около 7000 родов за более чем два десятилетия своей работы в Бэйлоре, но впервые за многие годы его переполняли эмоции.«Когда я начинал свою карьеру, у нас даже не было сонограмм, — говорит он. «Теперь мы вставляем матки от кого-то другого и получаем ребенка».

Мать получила трансплантат от зарегистрированной медсестры по имени Тейлор Сайлер, которая видела в новостях сюжет о программе Бэйлор. У Сайлер и ее мужа уже было двое детей, и она хотела дать кому-то еще шанс стать матерью. «Я просто думаю, что если мы сможем дать большему количеству людей такую ​​возможность, это будет здорово», — говорит она.

Доноры, такие как Силер, проходят тщательную проверку физического и психического здоровья, прежде чем получить разрешение на участие в испытании. Для тех, кто был отобран, врачам обычно требуется около пяти часов, чтобы удалить матку, а восстановление — около 12 недель.

После того, как женщине, участвующей в испытании, сделали трансплантат во время операции, которая занимает еще пять часов, она ждет, пока выздоровеет и наступит менструация, обычно через четыре-шесть недель.Если ее трансплантация прошла успешно, она может попытаться провести экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО) через три-шесть месяцев после операции. У женщин в исследовании функционируют яичники, но прикрепление их и фаллопиевых труб к матке еще больше усложнит и без того деликатный процесс. Поскольку имплантаты могут увеличить риск инфицирования, а лекарства, которые женщины должны принимать ежедневно, чтобы предотвратить отторжение нового органа их иммунной системой, являются сильнодействующими, трансплантаты удаляются через некоторое время после родов.

Сайлер и женщина, получившая ее матку, обменялись письмами в день операции, и женщина отправила Силеру еще одно письмо, когда была беременна.Они впервые встретились через несколько недель после рождения ребенка, и с тех пор их семьи сблизились.

По сравнению с другими трансплантациями, которые он регулярно выполняет, такими как печень или почка, после которых хирурги знают в течение нескольких минут, работает ли орган, Теста говорит, что ожидание беременности после трансплантации матки было мучительным. «Я уже нервничал, когда моя жена была беременна, и мне стало еще хуже, как будто это была моя беременность», — говорит Теста.

 

Бейлор не был первым У.С. больницу для попытки трансплантации матки. В феврале 2016 года клиника Кливленда в Огайо добилась этого отличия, используя орган от умершего донора. Менее чем через две недели после трансплантации женщина заразилась инфекцией, и матку пришлось удалить. Клиника приостановила свою программу, но возобновила ее и завершила вторую трансплантацию. Реципиент здоров, но больница не сообщает подробностей.

Другие больницы в США.S., в том числе Penn Medicine в Филадельфии и Brigham and Women’s Hospital в Бостоне, изучают аналогичные испытания, и больницы по всему миру также экспериментируют с этой процедурой. В декабре 2018 года было объявлено, что в начале года в Бразилии был рожден первый ребенок, рожденный из матки умершего донора.

На сегодняшний день более 400 женщин вызвались стать донорами в рамках программы Baylor, и еще более 1000 человек связались с больницей, чтобы стать реципиентами.Из этого числа 800 прошли предварительную проверку. В первой фазе испытаний больница провела 10 трансплантаций матки как от живых, так и от умерших доноров, а на второй фазе было проведено больше операций, хотя Бэйлор не сообщает, сколько именно. В дополнение к маме годовалого ребенка вторая женщина (которая также не раскрывает свою личность) в феврале 2018 года родила девочку, а другие женщины с успешной трансплантацией матки находятся на разных стадиях попыток забеременеть.

Трансплантация матки стоит дорого, по оценке Бэйлора, она стоит около 200 000 долларов, и в настоящее время она не покрывается страховкой. (Бейлор покрывает расходы на трансплантацию в ходе клинических испытаний.) До того, как такие трансплантации можно будет предлагать в качестве стандартного лечения, еще далеко. Даже в этом случае, по словам нескольких членов команды Бейлора, их не следует рассматривать как замену другим подходам к рождению детей, а скорее как еще один вариант.

«Я бы никогда не оставил без внимания желание женщины испытать полноценную беременность — весь процесс», — говорит доктор. Грегори Дж. МакКенна, хирург из команды трансплантологов, который говорит, что он и его жена сами испытывали трудности с фертильностью. «Да, есть и другие решения, но сильное желание иметь собственных детей огромно».

Бэйлор будет следить за обоими новорожденными в рамках исследования в обозримом будущем. Цель состоит в том, чтобы роды ознаменовали начало новой области исследований в области лечения бесплодия, а не были исключением.

«Слышать, как она плачет в первый раз, было самым лучшим чувством на свете, и мы счастливы, что она у нас есть», — говорит мать, родившая в феврале.

Она и мама первенца подружились, общаются почти каждый день. Иногда они делятся советами, например, что делать, если у одного из детей поднялась температура. В других случаях они выражают недоверие.

«У меня был момент», — недавно написала вторая мама первой. — Ты можешь поверить, что мы обе мамы?

Это опубликовано в выпуске TIME от 14 января 2019 года.

Больше обязательных к прочтению историй от TIME


Свяжитесь с нами по телефону по адресу [email protected]

Первый ребенок, родившийся после трансплантации матки во Франции

Дата выпуска: Изменено:

Впервые во Франции после трансплантации матки родился ребенок, сообщила в среду больница, лечащая мать и ребенка.

Такие роды чрезвычайно редки, но не беспрецедентны, и происходят после передовой процедуры по пересадке здоровой матки женщине, чья собственная повреждена или отсутствует.

Ребенок, девочка весом 1,845 кг (4,059 фунта), родился в пятницу, по данным группы из больницы Фош под Парижем.

«Мать и ребенок чувствуют себя хорошо», — сказал AFP Жан-Марк Аюби, заведующий отделением гинекологии, акушерства и репродуктивной медицины в больнице.

36-летняя мать, чье имя было просто Дебора, родилась без матки, так как страдала редким заболеванием, известным как синдром Рокитанского, которым страдает примерно одна из 4500 женщин.

В марте 2019 года ей сделали трансплантацию матки, которую выполняла та же бригада, что принимала роды, от ее собственной матери, которой тогда было 57 лет. не быть отвергнутым, — сказал Аюби.

Первый раунд блокировки привел к прекращению всей дородовой неэкстренной помощи во Франции, но роды прошли без каких-либо серьезных осложнений.

— «Временная трансплантация» —

Дебора была на 33 неделе беременности, когда она родила, сообщили в больнице.

Первые роды после пересадки матки произошли в Швеции в 2014 году.

Это произошло через год после операции по пересадке в случае, описанном в медицинском журнале The Lancet.

Врачам в Бразилии удалось в 2017 году родить женщину, которой пересадили матку от умершего донора.

Мать в этом случае страдала тем же заболеванием, что и Дебора.

«Во всем мире было зарегистрировано около 20 родов» после трансплантации матки, — сказал Аюби, который также является профессором медицины в Университете Версаль-Сен-Кантен-ан-Ивелин.

Случаи дают надежду женщинам, страдающим от подобных репродуктивных проблем, в качестве альтернативы усыновлению или суррогатному материнству.

Аюби объяснила, что трансплантат в случае Деборы не должен был быть постоянным.

«Временная трансплантация», как он ее называл, предназначалась только для того, чтобы позволить ей родить ребенка.

Однако он подчеркнул, что женщины с трансплантированной маткой нередко рожают во второй раз, как это уже несколько раз случалось в Швеции.

Команда Аюби уже получила разрешение на продолжение работы над женщинами, рожденными без матки, и запланированы клинические испытания еще на 10 женщинах с аналогичными заболеваниями.

© AFP, 2021 г.

Трансплантация матки позволяет женщине с синдромом MRKH выносить ребенка

Кайла Эдвардс впервые прочитала о трансплантации матки в Швеции. Родившись без матки, она подумывала переехать туда.

Вместо этого она и ее муж Ланс оставили семью, друзей, недавно купленный дом и надежную работу в Ванкувере, штат Вашингтон, чтобы переехать на экспериментальную процедуру в Даллас.

Это была не храбрость. Это была любовь, сказал 27-летний Лэнс. «Последнее, что я хочу сделать, это сожалеть о том, что не принял это решение, я не хотел думать:« Почему мы даже не попытались? »

Кайла, 28 лет, является одной из 20 пересадок матки в Медицинском центре Университета Бейлора. Ее ребенок — четвертый ребенок, родившийся в больнице в результате этой процедуры, и, хотя другие семьи предпочли остаться анонимными, она хотела поделиться своей историей.

«Рассказы других людей, когда мне впервые поставили диагноз, вселили в меня большую надежду, и я просто хотела быть этим человеком прямо сейчас», – сказала Кайла.

Беременность «постоянного беспокойства»

Инди Перл Эдвардс родилась 10 сентября и весила 6 фунтов 5 унций. Она такой мирный ребенок, какой только может быть, такой же, какой она была во время беременности Кайлы — что вызвало ее беспокойство.

Она написала СМС-сообщение трем другим беременным мамам с трансплантатами матки в Бейлоре. Были ли их дети брыкающимися и активными? Ее малышка была такой нежной.А у Кайлы не было тошноты.

«Первые четыре месяца каждый день она была в постоянном беспокойстве. Ей было трудно волноваться по этому поводу. «Она не двигается», — вспоминал Лэнс слова своей жены. «То, что все идет так гладко, тоже вызывает беспокойство».

Женщины в исследовании проводят пять часов на операционном столе, чтобы получить матку, затем они должны получить лекарства, чтобы орган не отторгался. Как только женщина выздоравливает, врачи ждут, когда у женщины наступит менструация. Если трансплантация прошла успешно, женщины проходят экстракорпоральное оплодотворение в течение трех-пяти месяцев после операции.

По словам Бэйлора, донор матки и реципиент трансплантата не платят в рамках исследования, а стоимость вне исследования еще предстоит определить.

Если бы стоимость была такой же, как у других трансплантаций брюшной полости, цена могла бы достигать сотен тысяч долларов.

Нелегкое решение: Мама, которая годами боролась с бесплодием, пожертвовала матку, чтобы другая женщина могла родить ребенка

Это девочка! Пожалуйста, присоединяйтесь к нам, чтобы поприветствовать нашу новейшую радость, четвертого ребенка, родившегося в результате трансплантации матки в Медицинском центре Университета Бэйлор.Представляем…

💗Инди Перл Эдвардс💗

Дата рождения: сентябрь 2019
6 фунтов 5 унций
17 3/4 дюйма

Поздравляем родителей Кайлы и Лэнса! pic.twitter.com/tbQH58pgnv

— Baylor Scott & White (@bswhealth) 1 октября 2019 г.

Рожденный без матки

Каждая 4500 женщина во всем мире страдает синдромом Майера-Рокитанского-Кюстера-Хаузера (MRKH), состоянием, которое приводит к недоразвитию или отсутствию матки. Матка — это орган, в котором растут дети, матка.У Кайлы, как и у других пациентов с МРХ, яичники функционируют, и она способна производить яйцеклетки. Когда она узнала об этом в 16 лет, она не понимала всех последствий и больше беспокоилась о том, что это состояние сделало ее «странной».

Позже она волновалась, как сказать Лэнсу, но сделала это на их третьем свидании.

«Он был таким замечательным и просто сказал мне: «Что за человек я буду, если уйду только из-за этого?» Так что он был человеком, с которым я хотела провести свою жизнь», — сказала она.

Лэнс всегда гуглил о том, как она могла бы выносить ребенка.Так она узнала в 2014 году о первой медицинской бригаде в Швеции, которая трансплантировала матки женщинам, чтобы они могли рожать. В марте 2016 года Лэнс и Кайла узнали, что их приняли для участия в испытании в Исследовательском институте Baylor Scott & White.

Шесть месяцев спустя они были на пути в Техас.

«Это было долгое путешествие, — вспоминает Кайла. «Нам буквально позвонили во время вождения и сказали, что их первая пара трансплантаций не сработала. Мой донор (матки) больше не соответствует требованиям, и им придется вернуться и найти для меня нового донора.»  

«Осталась 1 яйцеклетка» и «нет гарантии»

У пары было четыре оплодотворенных эмбриона. Первые три эмбриона оказались неудачными. забеременеть так же легко, как некоторые другие женщины. У нас осталось одно яйцо. Врачи сказали мне с самого начала, что нет никакой гарантии. Но я подумал, что, по крайней мере, я смогу помочь другим извлечь уроки из этого».

Кайла написала в блоге, чтобы поделиться своей MRKH и борьбой с бесплодием, и решила, что, хотя она давно не публиковала сообщения, она могла бы сообщить своему сообществу, что произошло. .

Наконец, в январе 2019 года пара узнала, что последний эмбрион прижился, и они забеременели.

«Я не поверила им, когда они сказали мне», сказала Кайла. «Мы вместе плакали и спросили, проверяли ли они этот тест трижды».

Когда родился их «чудо-ребенок», в комнате находились 30 врачей и специалистов, которые «радовались и плакали вместе с нами», – сказала Кайла.

Лиза Йоханнессон, медицинский директор отделения трансплантации матки в Медицинском центре Университета Бейлора, сказала, что роды не менее эмоциональны для медицинской бригады.

«Мы знаем их почти как друзей. Мы знаем их историю. Мы знаем, насколько опустошенными они были из-за бесплодия», — сказал Йоханнессон. «Следить за ними во время беременности, просто быть рядом и иметь возможность рожать — это лучший день в их жизни. И это также один из лучших дней в нашей жизни. что ребенок вверх «.

Инди, названный в честь любви семьи Кайлы к гонкам, редко плачет, говорят супруги. Она не любит, когда ее пеленают, но любит, когда ее держат на руках.Много. С ними все в порядке.

Кайла могла бы выносить второго ребенка после повторного ЭКО с донорской маткой, и они рассматривают это. В конце концов, они надеются встретить донора матки. На данный момент они обмениваются письмами с анонимным донором и подписывают свои инициалы в соответствии с политикой Бейлора. Они могут встретиться при удалении матки.

«Я постоянно думаю о ней», сказала Кайла. «Это вызывает у меня эмоции. Я надеюсь, что однажды мы сможем встретиться, и я смогу обнять Инди и сказать ей, как мы ей благодарны.»

Еще одна женщина делится своей историей

В этом месяце 24-летняя Пейтон Мив, третья женщина, родившая ребенка после трансплантации матки, решила присоединиться к Кайле в ее путешествии.

Она рассказала об экспериментальной процедуре в выпуске новостей конференции вместе со своей 3-месячной дочерью Эмерсин Рэй.

Во время пресс-конференции две новоиспеченные мамы, Кайла и Пейтон, продемонстрировали свои маленькие чудеса, предлагая надежду другим, кто, возможно, борется с бесплодием.

Кайла намерена продолжайте говорить в своем блоге «Красиво бесплодно» и где угодно еще, потому что она помнит, когда она была одна, гуглила и думала о переезде в Швецию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.